история, мистика, приключения

чучуна

Чучуна снежный человек Якутии

В середине марта в Верхоянском улусе, в районе села Барылас (название в переводе с якутского означает «ревущий»), в охотничий капкан на волка попалось странное существо. К тому времени как его обнаружили, оно было мертво (что неудивительно при силе захвата «волчьего» капкана). По словам учителя средней школы соседнего наслега Борулах Якова Потапова, находящегося сейчас в Якутске, существо это описывают как примата (причем не детеныша, а взрослого), размером с крупную собаку (длинный хвост, все тело, кроме ладошек и лица-морды, покрыто шерстью).

По нашей просьбе Яков Васильевич сделал приблизительный набросок существа, попавшего в капкан. Снежный человек?

Напоминаем, что все происходящее не имеет никакого отношения к первому апреля. Факт странной находки частично подтвердил в эту среду и замглавы администрации Верхоянского улуса Лаврентий Илларионович Васильев.

К сожалению, из-за плохого качества связи обстоятельного разговора не получилось. Лаврентий Илларионович затруднился дать точное описание, по его версии, это может быть что-то типа «мутанта буучээн (кабарга), с длинным «обезьяньим» хвостом». Напомним, что кабарга (буучээн) — парнокопытное животное, взрослая особь может быть размером с теленка, у самцов выступают острые длинные клыки, хвост маленький, как обрубок.

Непонятно также, что случилось с трупом «чучуны». Вроде бы его разорвали собаки, по другой версии, испугавшись злых духов, зверушку похоронили вместе с капканом. Ясно лишь, что по официальным каналам сообщать о находке сразу не стали.

Глава Сартанской наслежной администрации Сергей Софронович Слепцов о последнем случае не слышал, однако рассказал нам о встрече с непонятным зверем… осенью прошлого года. Тогда молодой парень случайно нашел мертвое животное, отдаленно напоминающее то ли выдру, то ли бобра, то ли маленькую обезьяну. Значит, не первый случай?

Родственники охотника, с которыми нам удалось связаться, сказали, что находка была предана земле с соблюдением старинного обряда (сиэр-туом), чтобы не навлечь на жителей беды и несчастья. Говорят, старики, увидев зверя, сказали всего два слова: «Абаасы кыыла» («Зверь абаасы»). Нежелание местных жителей связываться с трупом объяснимо. По якутским поверьям, кровь чучуны сводила и охотника, и его семью с ума, а через некоторое время умерщвляла.

Итак, снежный человек? Мутант? Сбежавшая от хозяина обезьяна? Последствие ядерных взрывов? Вопросов явно больше, чем ответов. В конце концов, забрел же к нам из Приморья тигр, чучело которого до сих пор красуется в нашем музее.

Директор ветеринарной клиники Петр Сыроватский припомнил случай, когда зимой в Якутске у владельца сбежал из дома лемур. Найти его, к сожалению, не удалось, однако кто-нибудь мог видеть и этого «снежного человека». А примерно 12 лет тому назад ученым Института биологии приносили труп «нового вида птиц, доселе неизвестного в Якутии», — это оказался безвинно погибший большой попугай, ранее улетевший из окошка от хозяина.

Правда, по данным наших ветеринаров, в Верхоянье нет владельцев зарегистрированных обезьян. По другой версии, животное вполне могло перевозиться контрабандой по магаданской трассе на заказ. Убежав, оно и попало в капкан. Или…

чучуна

Чтобы разобраться в этой увлекательнейшей истории наш корреспондент Елена Тихонова и оператор Михаил Кочетов отправляются в командировку в Верхоянский улус. О результатах поездки читайте в ближайших номерах.

Чучуна: история столкновений

Хочется, хочется верить в чудо. Давайте хотя бы рассмотрим эту возможность. Итак, что мы знаем о чучуне (снежном человеке)?

26 апреля 1929 года газета «Автономная Якутия» напечатала статью «Чучуна». Она опубликована к сведению якутской экспедиции Академии наук СССР. Вот выдержки из этой статьи: «Верхоянцы (!) утверждают о существовании неизвестного до сих пор племени на севере. Верхоянцы знают, что чучуна — не фантазия. Есть и очевидцы».

В статье дается и описание чучуны: «…высокого роста, крепкого телосложения, одет в звериную шкуру, имеет очень длинные волосы, развевающиеся при беге, вооружен луком со стрелами, сторонится местных жителей, иногда забирается в погреба за съедобным, бегает очень быстро (быстрее лошади). Отмечен один случай, когда ночью в виде забавы бросал в юрту небольшими камнями».

В этой же статье пишется о том, что в начале 1928 года секретарь Верхоянского окркома ВКП(б) Новгородов в своем отчете в Якутский обком партии упомянул, что рассказы о чучуне — не легенда, а действительность. По его сведениям, коммунист Шадрин специально проверил сообщения о чучуне и целиком подтвердил. Любопытный документ от 9 марта 1929 года хранится в партийном архиве бывшего Якутского обкома КПСС:

«Выписка из протокола заседания комиссии по выявлению и изучению памятников природы и старины при Западно-Сибирском отделе Государственного русского географического Общества, состоявшегося 9 марта 1929 года.

       Слушали:

1. Сообщение профессора П.А. Драверта и студента Сибирского института с/х и лесоводства Д.И. Тимофеева «Люди-мулены и чучуна по сказаниям тунгусов и якутов». Докладчики знакомят присутствующих с распространенными среди якутов и тунгусов Якутии мнениями о существовании в горах Джюг-джюр и в северных горных хребтах Якутского края какого-то пока загадочного народа, известного у якутов и аянонельских тунгусов низовьев Яны под именем «чучуна». Насколько известно, в литературе нет никаких сведений об этом народе.

О случайных встречах с ними тех или иных отдельных лиц, преимущественно охотников-промышленников, существуют только недостаточно проверенные рассказы. По этим рассказам, «мулены» и «чучуна» рисуются как люди, стоящие на очень низкой ступени, развития живущие в одиночку, иногда в пещерах гор. Носят подобие одежды из звериных шкур, имеют вооружение из копья, лука со стрелами, массивного грубо сделанного железного ножа.

К поясу привешивается огниво. Иногда «мулены» и «чучуна» делают нападения на охотников и редких путников в районе их обитания — незаметно, как зверь, прокрадываясь к ним на близкое расстояние и выпуская в них одну за другой весь запас своих стрел.

При всех нападениях «мулен» обычно издает пронзительный свист, который устрашающе действует на психику подвергающегося нападению.

По словам докладчиков, отсутствие надлежащих данных о существовании этого загадочного народа, если действительно это особый народ, а не просто одичавшие, психически больные или по каким-либо другим причинам удалившиеся из общежития представители существующих народностей («мулен») — в переводе на русский язык — разбойник, объясняется, надо думать, еще и тем, что в силу суровых законов жизни Крайнего Севера столкновение с муленами кончается обычно смертью одного из встретившихся и поэтому якуты или тунгусы весьма редко рассказывают о своих встречах с «муленами» и «чучуна», опасаясь ответственности за их уничтожение».

В журнале «Будущая Сибирь» (N6 за 1933 год) была напечатана статья профессора-геолога Петра Людовиковича Драверта, путешествовавшего по низовьям Лены и Индигирки. Он передал свои впечатления о рассказах местных жителей про диких людей — мюленов и чучуна. В статье приводятся выдержки из дневника якутского студента, знакомого Драверта Д.И. Тимофеева, задокументировавшего рассказы тунгусов и якутов. «Когда остановишься на ночлег, растянув палатку, — писал Д.И. Тимофеев, — разведешь костер, сидишь за ужином, мюлен подкрадывается к тебе между кустами, как осторожный охотник, вооруженный луком, иногда камнями…

Ростом он ниже среднего (другие говорят — выше). Волосы совсем не стрижены, большая часть лица покрыта шерстью. Одежда у него из звериной шкуры, шерстью наружу. На ногах — нечто похожее на торбаса (вид северной меховой обуви); вокруг головы натянута лента, представляющая головной убор. Вооружение — лук. На поясе привешен нож.

Имеет огниво. Язык производит отдельные нечленораздельные звуки. Подкрадываясь к ночлегу путешественников или к чуму туземных жителей, мюлен обстреливает их из лука или бросает камни. Истратив запас стрел, убегает. Предполагают, что мюлены живут в пещерах». Очень похоже описан и народ чучуна — обитатели северных хребтов.

Из собранных Тимофеевым сведений Драверт выделял как необъяснимые особенности привычку диких людей издавать перед нападением оглушительный свист, который производит ошеломляющее впечатление на человека, а также отсутствие в рассказах упоминаний о «семейной» жизни мюленов и чучуна. Никто не встречал их поселений, женщин и детей. Описывались только редкие случаи похищения туземных женщин дикими охотниками.

Переданная Дравертом в иркутскую редакцию журнала «Будущая Сибирь» статья вызвала большой переполох. Дабы застраховать себя от недоуменных писем читателей и возможной негативной реакции властей, редакция в этом же номере журнала поместила «нейтрализующую» рецензию этнографа Гавриила Васильевича Ксенофонтова. Отстаивая мифологическое происхождение этих историй, Г.В. Ксенофонтов, тем не менее, приводит весьма реалистические рассказы местных жителей, например, 65-летнего якута Афанасия Винокурова:

«Чучуна снимает шкуру с дикого оленя целиком, как мы сдираем шкуру с зайца, и натягивает на себя. Когда высохнет шкура и начнет сжимать его тело, он заводит такую же новую одежду. Говорят, он, подобно медведю, роет себе нору в земле.

Люди редко встречаются с ним, но всегда видят его убегающим. Он будто бы бегает с быстротой летящей птицы. Ходит всегда один, при виде человека убегает». Но основной вывод Гавриила Васильевича: чучуна и мюлены — это духи гор, тайги и тундры, персонажи фольклора, не имеющие под собой никакой фактологической основы.

В 1975 году в Москве вышла книга этнографа И.С. Гурвича «Таинственный чучуна. История одного этнографического поиска». Автор после долгих описаний свидетельств очевидцев приходит к выводу, что чучуна — это волею судьбы заброшенные в Якутию чукчи.

По его версии, встречи с дикими людьми в якутской тундре и тайге вплоть до конца 50-х годов во многом объясняются появлением в этих местах отверженных одиночек — охотников-зверобоев с Чукотки. Оказывается, пропавших охотников некоторое время ждали, но, когда, по всем расчетам, сроки спасения проходили, их «хоронили», и обратный путь в племя им был заказан.

Якутский ученый Семен Николаев (Якутск) утверждает, что чучунаа — «самый примитивный палеоазиат Сибири, веками уходивший от наседающей с юга цивилизации, ныне полностью истребленный».

Материальных доказательств существования снежного человека не существует. Пока не существует?

Предыдущая запись

Следующая запись

Добавить комментарий

Почта не будет опубликована / Обязательны к заполнению *

Яндекс.Метрика